Узбекистан и Кыргызстан публично выражают недовольство обращением с трудовыми мигрантами. В этом заметны признаки растущего разочарования тюркских стран форматом евразийской интеграции с ориентацией на Россию.
Эскалация на дипломатическом уровне
26-28 января 2026 года сразу две страны Центральной Азии выступили с резкой критикой российской миграционной политики. Заместитель министра иностранных дел Узбекистана Олимжон Абдуллаев в беседе с послом РФ Алексеем Ерховым, который был вызван в узбекский МИД, заявил о недопустимости нарушений прав узбекских граждан во время миграционных проверок, подчеркнув, что человеческое достоинство должно соблюдаться безусловно – вне зависимости от статуса и характера возможных нарушений.
Практически одновременно Кыргызстан подал иск в Суд ЕАЭС против России из-за отказов в выдаче полисов ОМС членам семей трудовых мигрантов. По данным председателя ФОМС Кыргызстана Азамата Муканова, речь идет о системных нарушениях прав граждан страны-участницы Евразийского экономического союза.
Примечательно, что обе страны выбрали публичный формат заявлений, что в дипломатической практике указывает на исчерпание закулисных каналов урегулирования проблемы.
Экономическая реальность: цифры и контекст
По оценкам экспертов, в России работают от 3 до 5 миллионов граждан Узбекистана и около 1 миллиона киргизов. Денежные переводы трудовых мигрантов составляют значительную долю ВВП обеих стран: для Кыргызстана – около 30%, для Узбекистана – 12-15%.
Эти люди заняты в строительстве, ЖКХ, торговле, общественном питании – секторах, критически важных для российской экономики. В условиях демографического кризиса и убыли трудоспособного населения центральноазиатские мигранты фактически компенсируют нехватку рабочих рук.
При этом условия труда зачастую остаются на грани эксплуатации: 12-14-часовые смены, отсутствие выходных в сезон, задержки зарплат, проживание в неприспособленных помещениях. Согласно исследованиям правозащитных организаций, около 40% трудовых мигрантов сталкиваются с нарушениями своих прав со стороны работодателей.
Социальный аспект: семьи между двух огней
Ключевой болевой точкой становится ситуация с семьями мигрантов. По действующим нормам, право на ОМС имеют только работающие граждане ЕАЭС, но не члены их семей. Это создает парадоксальную ситуацию: человек работает на российскую экономику, платит налоги, но не может получить базовую медицинскую помощь для своих детей.
«Мой муж работает в Москве на стройке уже восемь лет. Платит все налоги, живет в общежитии. Когда я приехала с детьми, оказалось, что мы не можем получить даже экстренную медицинскую помощь бесплатно. За прием к педиатру нужно платить 3-4 тысячи рублей – это почти дневной заработок мужа», – рассказывает жительница Бишкека.
Запрет на ввоз семей, который активно обсуждается в российской политической повестке, может привести к парадоксальному эффекту: увеличению нелегальной миграции и росту социальной напряженности.
Культурное измерение: невидимый вклад
Редко обсуждаемым остается культурный и интеграционный аспект. Тюркоязычные мигранты из Центральной Азии часто быстрее адаптируются в российском обществе благодаря историческим связям, знанию русского языка во втором-третьем поколении, культурной близости. При этом общественная дискуссия в России зачастую игнорирует позитивный вклад тюркской диаспоры, фокусируясь исключительно на негативных инцидентах. Социологи фиксируют рост ксенофобских настроений: согласно опросам «Левада-центра», доля россиян, выступающих за ограничение миграции из Центральной Азии, выросла с 56% в 2022 году до 73% в 2025-м.
Тюркские народы Центральной Азии оказались в ловушке исторической иронии. Столетие назад их предки были частью единого культурного пространства, связанного общими корнями, языком, традициями. Сегодня их потомки едут за тысячи километров, чтобы построить чужие города, убрать чужие улицы, накормить чужих детей, жертвуя при этом собственными семьями, здоровьем, достоинством.
Они строят небоскребы, которые никогда не смогут себе позволить. Они чистят улицы городов, где к ним относятся как к людям второго сорта. Они отправляют домой деньги, чтобы их дети получили образование, – и при этом становятся объектами унижающих проверок, дискриминационных практик, общественной стигматизации.
Евразийская интеграция обернулась для тюркских народов новой формой колониальной зависимости: их труд востребован и необходим, но их человеческое достоинство остается за скобками. Узбекистан и Кыргызстан, наконец заговорив публично, поставили вопрос ребром: готова ли Россия видеть в них равных партнеров? Или навсегда останется империей, которая берет, но не дает взамен уважения?
История тюркских народов – это история великих свершений и открытий, выдающихся ученых, воинов и строителей цивилизаций. Сегодняшнее поколение заслуживает не снисхождения, а признания своего вклада и защиты своих прав. До тех пор, пока этого не произойдет, каждая дипломатическая нота из Ташкента и Бишкека будет не просто формальным протестом, а криком боли народов, чье достоинство топчут те, кому они отдают свои лучшие годы.
Тюркским народам Центральной Азии пора перестать смотреть на Россию как на Землю Обетованную. Наше будущее – в Тюркском мире. На развитие его потенциала и должен в конечном итоге быть нацелен наш труд.
