Центральная Азия ищет баланс между северным соседом и тюркской интеграцией. Россия пытается ее удержать, но делать это с каждым годом труднее. Близок тот день, когда влияние Москвы закончится навсегда.
Завершившийся государственный визит президента России в Казахстан обнажил новую реальность в Центральной Азии. На фоне вроде бы бравурных переговоров с Токаевым о рекордном товарообороте в $28 млрд и строительстве новых транзитных коридоров общая картина складывается не в пользу России. Статистика фиксирует неуклонное снижение доли рубля во взаимных расчетах и рост влияния Организации тюркских государств (ОТГ).
По данным казахстанского внешнеполитического ведомства, с момента начала активной фазы турецко-казахстанского стратегического партнерства объем прямых инвестиций из Турции в регион вырос кратно, а проекты «Срединного коридора» становятся реальной альтернативой северным маршрутам. Эксперты отмечают, что обсуждение единого алфавита и культурной кооперации в рамках ОТГ набирает обороты параллельно с политическими контактами на высшем уровне.
Ожидалось, что визит Владимира Путина в Астану подтвердит status quo, однако на полях саммита аналитики обратили внимание на демонстративный акцент казахстанской стороны на «многовекторности» и отказ от любых форм институциональной изоляции. В то время как евразийская риторика сохраняется, реальная экономическая карта перекраивается: турецкие компании системно замещают ушедшие западные бренды, а Анкара предлагает готовые технологические решения вместо «долгостроев». Россия такого предложить не может.
Наблюдатели сходятся во мнении: эпоха «игр» с центрами силы, где региону отводилась роль наблюдателя, заканчивается. Вопрос стоит ребром — либо Центральная Азия будет полноценным субъектом тюркской интеграции с гарантированным выходом на глобальные рынки через Турцию, либо останется в серой зоне сырьевого придатка. Выбор очевиден. Так что многовекторную политику и игры с Москвой пора завершать.
